Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Тарас и балерина
 
Тарас и балерина

- Слушаю я вас, молодые люди, - сказал Эвенк, после того как вновь выслушал повествование Пятоева в свете вновь открывшихся обстоятельств, - и мне на ум невольно приходит на ум старинная народная мудрость оленеводов Крайнего Севера, которая гласит следующее: 'Не надо складывать все яйца в одну мошонку'.
- Ух ты! - почему-то радостно всплеснула руками Леночка, но Эвенк проигнорировал ее пронизанный детской непосредственностью возглас.
- Почему вы так уверены, что вашу дочь Наташу похитили? После вашего рассказа у меня в этом возникли глубокие сомнения.
- Почему? - удивился Пятоев.
- Мне это подсказывает мой жизненный опыт старого оленевода. Позволю себе проиллюстрировать свою догадку случаем из жизни. Есть у меня один знакомый. Его зовут Тарас, и он работает старшим медбратом психиатрической больницы. Известен он тем, что носит казацкие усы и расшитые украинскими узорами рубашки, а также любит говорить на украинском языке, которого не знает. Родился он в Казахстане, куда семья его матери была сослана как семья бандеровца, а семья его отца как семья сиониста. Не смотря на подчеркнуто украинскую внешность, включая прическу, он был, и остаются пламенным сионистом-общественником. В течение последних десяти лет, в качестве посланника еврейского агентства, он посещал города и веси необъятного, но почившего в бозе Советского Союза в поисках медсестер и медбратьев, являющихся евреями или членами их семей. Обычно страждущие еврейские медсестры и медбратья собирались в помещениях дворцов культуры и спорта и внимали эмоциональным речам старшего медбрата. Самым убедительным доводом в пользу возвращения на свою историческую родину было совершенно справедливое утверждение, что на свою зарплату медсестра может позволить себе провести отпуск в Париже. Иногда на медбратьев и медсестер с засиженных мухами портретов взирал вождь мирового пролетариата Владимир Ильич Ленин. Это придавало словам старшего медбрата особую весомость.
Каждый год пламенный сионист из сумасшедшего дома совершал молодецкие набеги на новые регионы своей бывшей родины. В том году в планы старшего медбрата входило посещение таких традиционных центров проживания советских евреев, как Сыктывкар, Кустанай и Оренбург. Считалось, что именно в этих регионах в различных лечебных учреждениях притаилось еще много еврейских медбратьев и медсестер, а также членов их семей, укрывающихся от репатриации на историческую родину в государство Израиль и таким образом упускающих дивную возможность провести отпуск в Париже.
Самое удивительное, что и в вышеупомянутых населенных пунктах собирались огромные массы людей, в основном русоволосые молодые женщины, которые, с разной степенью уверенности, утверждали, что в них гармонично сочетаются качества блистательных медсестер с принадлежностью к славному братству евреев и членов их семей. Некоторые даже приводили с собой бабушек своих мужей. Бабушки, глядя на старшего медбрата, начинали плакать и интересовались, не работал ли дедушка старшего медбрата перед эвакуацией в потребительской кооперации и, если вышеупомянутый дедушка ещё жив, можно ли ему передать привет от Доры Блюм и обязательно сказать ему, что тот самый стог сена она всё ещё вспоминает долгими тёмными ночами лежа на спине на жестком матрасе.
Причем если старший медбрат к таким рассказам привык и беседовал с бабушками о чем-то проникновенном, не отвечая конкретно ни на один поставленный вопрос, то миловидная русоволосая женщина, приведшая Дору Блюм в качестве живого доказательства своих неотъемлемых прав на репатриацию на историческую родину в государство Израиль, выглядела потрясенной. О том, что бабушка мужа по национальности еврейка, она узнала ещё в первые годы замужества, но то, что эту бабушку зовут не Дарья Федоровна Болюмова, было для неё большим сюрпризом. Хотя, если быть до конца откровенной, то сомнения в том, что Дарья Болюмова действительно башкирка, появились у неё ещё при первой встрече. Но внук Доры Блюм настолько запудрил ей мозги, что потом она к этой теме не возвращалась. И вот теперь башкирка Болюмова, на смеси русского и нерусского языков, рассказывала со слезами на глазах, как ещё до приезда в Кустанай во время войны, какой-то ужасно похожий на посланца еврейского агентства работник потребительской кооперации трахал её в стогу сена.
Миловидная русоволосая женщина только на втором курсе медучилища на занятиях по гинекологии узнала, что еврей - это не бранное слово, которое культурная и порядочная девушка вообще не должна употреблять в своей речи, а такая обидная национальность. Но то, что представители этой национальности тайно, а теперь и в открытую, изъясняются на нерусском языке, её неприятно удивило. Но даже с этим она была готова примириться. Леночке еще нет и десяти лет, а у неё уже стоит диагноз 'хроническая пневмония'. После очередной зимы в сырой и плохо отапливаемой квартире её состояние вновь ухудшится. А в Израиле, наверное, хорошая медицина, а главное, жаркий и сухой климат. Миловидная русоволосая женщина была грамотная медсестра и читала много книг по специальности вообще и те, где говорилось о болезнях легких, в частности.
Для старшего медбрата во всей этой сцене всё было тривиально, и его мысли витали далеко от Кустаная. После выполнения своей высокой миссии главный медбрат возвращался домой осунувшимся от усталости и потом долго рассказывал своим знакомым об ужасах русской выпивки и закуски. В течение двух-трех месяцев после приезда ему обычно звонили девушки, на которых он обещал жениться, находясь в России. Это его мало волновало, так как его жена по-русски знала только несколько общеупотребительных ругательств. Но в последнее время у неё появилась характерная для всех марокканок подозрительность, и старший медбрат опасался скандала. Особенно после этого дурацкого случая, когда жена посреди рабочего дня ввалилась без стука в его кабинет, а эта идиотка-эфиопка не сразу поняла, в чем дело. Привозят из Африки чёрт знает кого, а потом еще и в психбольницу кладут. А коренным израильтянам приходится отдуваться. Да еще и имечко у нее... Хорошо, что сказала, как её зовут, когда уже одевалась. А то от смеха он бы и кончить не смог. А в его возрасте это может спровоцировать 'prostatitis' (простатит).
Из грустных размышлений старшего медбрата вывела миловидная русоволосая женщина.
- С раннего детства я чувствую неразрывную духовную связь со своей исторической родиной - государством Израиль, - сказала она.
От природы очень добросовестная, она разучивала эту фразу в течение целого вечера и поэтому произнесла её без запинки и с большим чувством. Мысленно вернувшись к кустанайским реалиям, главный медбрат проникновенно посмотрел миловидной русоволосой женщине в глаза, взял её под локоток, отвел в сторону и с большим чувством сообщил ей, что будет счастлив видеть её в славных рядах возглавляемого им коллектива.
Делегация еврейского агентства покидала хлебосольный Кустанай через два часа, но главный медбрат предусмотрительно готовил почву для своего светлого будущего. Но через два часа покинуть хлебосольный Кустанай ему не удалось. После окончания беседы с русоволосой женщиной он был жестоко избит, после чего был госпитализирован в травматологическое отделение Кустанайской городской больницы. В дальнейшем выяснилось следующее.
За несколько часов до описываемых событий русоволосая женщина сообщила своей маме о том, что намеревается перебраться на жительство на историческую родину своего мужа-башкира. То есть в государство Израиль. Ее мама против этого возражала категорически, мотивируя это тем, что чеченцы там все время что-то взрывают. Русоволосая женщина настаивала, ее мама повысила голос. Их крики пробудили брата миловидной русоволосой женщины, перед которым работники милиции неоднократно ставили вопрос о лечении от алкоголизма и обещали привлечь к уголовной ответственности за хулиганство. По утрам после пробуждения брат русоволосой женщины, в силу известных обстоятельств, обычно пребывал в скверном расположении духа. И его вопрос, 'Какой, грязное ругательство, Израиль? Грубое грязное ругательство' прозвучал зловеще и не предвещал ничего хорошего. Здесь необходимо отметить, что брат миловидной русоволосой женщины обладал большой физической силой, а потому и его мама, и его сестра старались его без необходимости не раздражать. Особенно по утрам. Поэтому русоволосая женщина, не задумываясь о последствиях, сказала своему брату следующее.
- Не в какой Израиль я не уезжаю. Это меня просто жиды украсть хотят. Успокойся. И я тебя прошу, Коленька, ну когда ты пить перестанешь? Светка от тебя ушла, а тебе все мало. Ведь прибьешь же кого-нибудь, посадят тебя. Хоть мать пожалей.
Коленька привык пускать в ход кулаки при малейшем намеке на то, что кто-то попытается обидеть его сестру. Они росли без отца, и кроме него защитить младшую сестру было некому. Тем более что похмельный синдром снова звал его к бою. Не впадаю в дальнейшие разъяснения он нашел пытавшегося украсть его сестру жида по имени Тарас и накостылял ему по первое число, не смотря на то, что последний звал на помощь на украинском языке. В дальнейшем лишь горькие слезы и многообещающие взгляды миловидной русоволосой женщины в очередной раз спасли Коленьку от отправки в колонию за хулиганку.
Приятно осознавать, - закончил свое повествование Эвенк, - что из этого случая неугомонный сотрудник сумасшедшего дома сделал необходимые выводы и надолго прекратил своим обрезанным килем бороздить целинные земли.
- Être meilleur que les femmes d"autrui peuvent seulement de nouvelles femmes (Лучше чужих жен могут быть только новые жены), - на французском языке согласился с ним Гришин.
- Я это вам рассказал к тому, - назидательным тоном продолжил Эвенк, - что, по моему мнению, Наташу Пятоеву никто не похищал. Она сама, скрываясь от некой опасности, обманным путем прокралась в поезд, идущий по торговому пути из Пскова в евреи, зайцем доехал до конечной станции под названием публичный дом 'Экстаз', а дальше обстоятельства понесли туда, не знаю куда. Но те люди, которым она сильно навредила или, что еще более вероятно, может навредить, узнали, что она находиться в Израиле. И горят желанием сделать так, чтобы некая информация, которой располагает дочь товарища майора, не дошла до неких других людей. А так же я еще глубоко убежден в том, что ответы на все вопросы относительно жизни и деятельности Наташи Пятоевой можно получить только в городе Пскове. И еще. Кропотливая работа по поставке проституток из восточной Европы заслуживает всяческих похвал и приносит постоянный доход. Но к суете вокруг Наташи Пятоевой все это не имеет никакого отношения. Деньги, которые предполагается потратить на ее поиски и убийство, слишком большие для простых торговцев проститутками. Для проведения подобных акций требуется другой уровень доходов. А другой уровень доходов существует только в сфере незаконного оборота наркотиков. А потому и информация, которой располагает Наташа Пятоева, каким-то образом касается именно этой сферы. То есть сферы торговли наркотиками. И, кроме того, нужно учесть ее одно обстоятельство. В жизни не все определяется целенаправленными действиями каких-то сил или людей.
- Вы имеете в виду масонов, - сразу догадался Шпрехшталмейстер.
- Иногда происходят случайности, которые предугадать совершенно невозможно, но которые меняют общую ситуацию радикально, - продолжил Эвенк. Приведу пример. Есть у меня один хороший знакомый. Работник правоохранительных органов, засекреченный до невозможности. И довелось ему как-то участвовать в страшно секретной операции, связанной с безопасностью государства и поимкой террористов. Для этой целив в его доме нигде не зарегистрированный телефон, по которому ему звонили агенты из борющегося с сионистским врагом города Хеврон. Однажды, часа в два ночи, этого тайного сотрудника разбудил телефонный звонок.
- Слушаю Вас, - по-арабски отозвался сотрудник. Звонок в такое время по этому телефону мог быть только в случае чего-то очень важного.
- Здравствуй попка, я твой пальчик, - проворковал телефон по-русски, - трепещу, предвкушая встречу.
- Нет, пальчик, - сотрудник решил, что секрет его телефона раскрыт, и над ним издевается враг, - ты ещё не трепещешь, трепетать ты будешь, когда мы до тебя доберёмся.
- Простите, - вежливо переспросили в трубке, - разве я говорю не с мальчиком по вызову по прозвищу 'Небесная Голубизна'?
- Вы говорите с майором шариатской безопасности в подполье, - доверительно сообщил сотрудник, - как Вы узнали мой телефон?
В ходе дальнейшей доверительной беседы между трепещущим пальчиком и его попкой выяснилось, что тайный телефон для экстренной связи агентов спецслужб был указан в объявлении о предоставлении сексуальных услуг представителям сексуальных меньшинств. Объявление было опубликовано в газете за подписью мальчика по вызову по прозвищу L"azur céleste (Небесная Голубизна), и в объявлении содержалась просьба к потенциальным клиентам обращаться только в случае серьёзности намерений. Номер телефона прилагался. Рассеянный Небесная Голубизна перепутал только одну цифру и, в результате, клиенты с самими серьёзными намерениями беспокоили сотрудника спецслужб своими неуместными звонками в самое неурочное время. Секретный сотрудник, воспользовался багажом медицинских знаний о первой медицинской помощи, почерпнутым им на спецкурсе и, в ответ на очередное признание в любви, жаловался на плохое самочувствие из-за обострения вялотекущего СПИДа. Результаты симуляции секретным сотрудником симптомов этого тяжкого заболевания были неоднозначны. С одной стороны звонить стали реже. Но с другой стороны Небесная Голубизна обратился в суд, обвиняя сотрудника в клевете, подрыве репутации, оскорблении честного имени, вмешательстве в частную жизнь и нанесении материального ущерба.
Юридическая служба органов безопасности доложили, что Небесная Голубизна имеет серьёзные шансы выиграть дело, и предложила попытаться найти с ним разумный компромисс. Секретному сотруднику было указано на частичное служебное несоответствие. Его начальству было предложено усилить воспитательную работу с личным составом с упором на неукоснительное соблюдение прав граждан. Начальство созвало личный состав на совещание и сообщило своим подчиненным, что те из них, которые продолжат в глаза или за глаза называть секретного сотрудника 'Здравствуй, попка', будут лишены премиальных к празднику 'שמחת תורה' (Симхат Тора). В случае, если начальство узнает хотя об одном таком вопиющем эпизоде.
- Да это что, - с воодушевлением вновь вступил в беседу Рабинович, - я слышал в новостях, как осадное недоразумение однажды привело к серьезному международному кризису. И это, казалось бы малозначительное событие имело далеко идущие последствия.
Через месяц после публикации памятного сообщения в министерство иностранных дел Израиля из ЮНЕСКО поступила гневная нота, в которой утверждалось, что 'les membres de la mafia russe qui se sont retranchées dans l"Israël étaient est volé le bien national du peuple Palestinien - l"oeuf original Faberget' (членами русской мафии, окопавшимися в Израиле, было похищено национальное достояние Палестинского народа - подлинное яйцо Фаберже). Далее представители ЮНЕСКО смело утверждали, что вышеупомянутое яйцо хранится в Израиле не законно, и требовали 'rendre immédiatement l"oeuf à son propriétaire légal' (незамедлительно вернуть яйцо его законному владельцу)! Организация Объединенных Наций вообще, и его подразделение, занимающееся вопросами культуры, известное под названием ЮНЕСКО, в частности, в течение многих лет баловали министерство иностранных дел Израиля нотами, постановлениями и резолюциями анекдотического содержания. Но требование вернуть подлинное яйцо в руки его законного владельца было неординарным даже для такого авторитетного международного органа, каким является ЮНЕСКО.
Ознакомившись с содержанием документа, престарелый министр иностранных дел Израиля почему-то вспомнил свою няню, которая много лет назад во время кормления маленького министра иностранных дел манной кашей всегда приговаривала: 'Чудны der Sache deine, господи' (Чудны дела твои, господи).
- Это плохой симптом, - подумал министр иностранных дел, - всё-таки годы берут своё. Я неотвратимо начинаю впадать в детство. Но, чёрт побери, я же прекрасно себя чувствую! У меня даже есть 'die ziemlich junge Geliebte' (довольно молодая любовница).
Вспомнив о любовнице, престарелый министр иностранных дел загрустил.
- У меня действительно слабеет память, - подумал он. Сегодня утром, в ответ на его просьбу, любовница неожиданно сообщила ему, что вчера вечером он был просто бесподобен. Престарелый министр иностранных дел Израиля обладал цепкой профессиональной памятью дипломата, но воспоминаний о вечернем эпизоде у него не сохранилось. Как обычно он не придал никакого значения высказываниям своей любовницы, но, в связи с возникшими подозрениями, её слова выглядели в новом свете.
- Нет, это не проблемы с памятью, - гнал от себя саму мысль о приближающей дряхлости министр иностранных дел, - это происки политических противников, не брезгующими не какими средствами. Ich muß mich in die Hände und schnell nehmen, das Problem mit dem Ei entscheiden, während der Ratschlag der Sicherheit der UNo aus diesem Anlass die nächste antiisraelische Resolution übernommen hat (Мне необходимо взять себя в руки и быстро решить проблему с яйцом, пока Совет Безопасности ООН не принял по этому поводу очередную антиизраильскую резолюцию)'.
Через несколько дней в ЮНЕСКО была отправлено послание, в котором выражалась 'la reconnaissance pour le soin manifesté des valeurs culturelles se trouvant sur le territoire de l"Israël' (благодарность за проявленную заботу о культурных ценностях, хранящихся на территории Израиля). Далее в послании сообщалось, что 'l"oeuf original Faberget se trouve à présent chez le seul représentant légal du peuple arabe de la Palestine du cheik Mustafy, et s"exprimait l"espoir de la coopération ultérieure féconde dans le domaine de la culture entre l"état de Israël et L"UNESCO' (подлинное яйцо Фаберже находится в настоящее время у единственного законного представителя арабского народа Палестины, и выражалось надежда на дальнейшее плодотворное сотрудничество в области культуры между государством Израиль и ЮНЕСКО). За проявленное личное мужество и героизм при выполнении важного правительственного задания по обнаружению подлинного яйца Фаберже ряд сотрудников органов безопасности были отмечены правительственными наградами.
Это событие нашло широкое отражение в прессе. И даже находящийся на излечении в нашей психиатрической больнице заслуженный художник Кабардино-Балкарии Михаил Гельфенбейн, в надежде, что его полотно будет передано Израилем в дар ЮНЕСКО, приступил к созданию картины под названием 'L"originaire de la ville de Al"-Kuds palestinienne Ahmed Faberzhe à la dernière fois devant le combat contrôle l"authenticité de l"oeuf' (Уроженец палестинского города Аль-Кудс Ахмед Фаберже в последний раз перед боем проверяет подлинность своего яйца).
- Яйцо оказалось подделкой? - простодушно спросила Леночка.
- Как приятно, что Леночка, не имеющая никакого представления о творчестве Фаберже, приняла близко к сердцу судьбу его творческого наследия, - галантно проронил Шпрехшталмейстер.
- Сам дурак! - не осталась в долгу Леночка.
Кроме Леночки Шпрехшталмейстеру никто не стал возражать. В последнее время он полюбил классическую музыку и наводил ею ужас на обитателей отделения судебно-психиатрической экспертизы психиатрической больницы.
Израильский уголовник, в своём подавляющем большинстве, глубоко чужд классической музыке, как и европейской культуре вообще. Проживающие в Израиле выходцы из Европы проявляют чудеса законопослушания, преступлений не совершают, и, как следствие, на судебно-психиатрическую экспертизу не попадают. Но, к большому сожалению, не все евреи возвратились из долгих странствий на свою Родину из Европы. То есть подавляющее большинство евреев в своё время именно в Европе и проживало.
На рубеже первого и второго тысячелетий нашей эры Европу постигло переселение народов, которое полностью изменило этническую карту континента. После окончания вышеупомянутых пертурбаций еврейство Европы было сосредоточено в двух регионах. Это был Пиренейский полуостров, где в дальнейшем возникли Испания и Португалия, и бассейн реки Рейн, который в дальнейшем станет великой немецкой рекой. В последствии проживающих в районе Рейна евреев стали называть 'ашкеназы', так как древнее ивритское название страны, которую в последствии назовут Германией, Ашкеназ. Евреи, проживавшие на Пиренейском полуострове, получили название 'сефарды', так как с древности на иврите Пиренейские полуостров назывался Сфарад. В современном иврите Сфарадом называют Испанию. В судьбах сефардов и ашкеназов было много общего, но и масса различий. Пока на Пиренейском полуострове существовали мусульманские государства, там процветали подвергаемые дискриминацией многочисленные еврейские общины. Во времена реконкисты, то есть завоевания Пиренейского полуострова христианами в четырнадцатом - пятнадцатом веках, евреи почти всегда поддерживали христиан в надежде на освобождение от многочисленных унизительных законоположений, регулирующих жизнь евреев в мусульманских странах. Как это всегда бывает, их революционный пыл пошёл евреям во вред. После образования на Пиренейском полуострове двух христианских государств, Испании и Португалии, положение евреев стало катастрофическим. Королева Испании, Изабелла Кастильская, как и её приемники на троне в Испании и Португалии, проводила в отношении своих нехристианских подданных (евреев и арабов) жестокую политику принудительного обращения в христианство. Тот, кто не хотел креститься, попадал в руки такой известной своим гуманизмом организации, как пресвятая инквизиция. Работа этого учреждения строилась в строгом соответствии с действующим тогда в католических странах законодательством.
Гуманистический подход этого подразделения католической церкви проявлялся во всём. К примеру, если отщепенцев, которых беспристрастный суд, не покладая рук работающий в рамках всё той же пресвятой инквизиции, приговаривал к смертной казни, а другой меры наказания католическая юриспруденция не предусматривала, то процесс казни осуществлялся через сжигание. Иерархи католической церкви совершенно справедливо полагали, что при сжигании не проливается даже капля крови. Внесудебных расправ пресвятая инквизиция не допускала. Единственным методом оперативно-розыскных мероприятий этого замечательного в своём роде общественного института, совмещающего в себе законодательные и исполнительные функции, была пытка подозреваемого. Юристы католической церкви, трудившиеся в следственных органах инквизиции, огромное значение предавали чистосердечному признанию. В том случае, если подозреваемый не умирал в ходе следствия, а признавался в содеянном и раскаивался, то материалы дела передавались в суд. Далее суд пресвятой инквизиции, руководствуясь вышеперечисленными гуманистическими принципами, выносил свой вердикт.
Интересно отметить, что, помимо евреев, пресвятая инквизиция самое пристальное внимание уделяло женщинам. Их частенько обвиняли в том, что они ведьмы или в каких-то других милых глупостях и, после вырванного под пыткой признания, сжигали при большом стечении публики. В настоящее время былое влияние католической церкви на души прихожан уменьшилось, и старая добрая традиция сжигания украшенных следами свежих пыток женщин на центральной площади утрачена. Но на протяжении веков аутодафе, а именно это красивое испанское слово означает сжигание преступника на костре, было любимым развлечением простого народа после напряженного трудового дня во всех католических странах.
Но оставим на какое-то время женщин в покое и вернёмся к судьбам евреев живших в Испании и Португалии. Часть евреев Пиренейского полуострова крестилось. Часто это не помогало, и их всё равно сжигали. Часть бежали, кто куда мог, кто в Голландию, кто в Турцию, тогда занимавшую всё восточное Средиземноморье, но основная масса сефардов бежала в Марокко, Алжир и Тунис. Особенно еврейской страной стало Марокко, где вплоть до пятидесятых годов двадцатого века евреи составляли большинство городского населения. Сефарды без особых передряг проживали в странах северо-западной Африки со времён инквизиции и до получения французскими колониями независимости. После окончания Второй Мировой Войны в арабских странах начинается борьба за освобождение от колониальной зависимости. Самое активное участие в борьбе за свободу и независимость арабских стран приняли проживающие там евреи. Естественно, после достижения этими странами долгожданной независимости в этих странах на евреев начались гонения.
Извечный еврейский вопрос 'Куда ехать?' встал перед евреями арабских стран с невиданной доселе остротой. Дело было в пятидесятые годы двадцатого века нашей эры. Израиль образовался в 1948 году в результате победы в войне за независимость 1948-49 годов. В начале пятидесятых годов страна представляла собой скопление лагерей беженцев спасшихся от немецкого геноцида европейских евреев (ашкеназов), где продукты распределялись по карточкам, у власти находились пламенные строители социализма, а террористы, пробираясь через плохо охраняемые границы, постоянно убивали мирных жителей. При этом школьники разучивали песни, в которых утверждалось, что широка страна моя родная (двадцать километров в самом узком месте, сто в самом широком), и что с каждым днём всё радостнее жить. Но выбирать еврейским гражданам арабских стран было не из чего. Те, у кого была такая возможность, перебрались на жительство во Францию, и теперь эта страна является счастливой обладательницей почти миллионной еврейской общинной. Большая же часть сефардов перебралась на жительство на свою историческую Родину в государство Израиль.
За какие четыреста лет проживания в арабских странах сефарды полностью переняли арабскую культуру, и от пиренейского прошлого у них остались только испанские фамилии типа Толедано, Данино или Парьенто. Прибыв в Израиль, бывшие сефарды, а ныне марокканские евреи, были настолько проникнуты боевым мусульманским духом, что получили кличку 'марокканец-нож' и составили красу и гордость израильского уголовного мира. Короткими (Израиль расположен относительно близко к экватору, поэтому темнеет быстро) израильскими вечерами они слушали арабскую музыку, которая человеком, воспитанному в европейской культуре, воспринимается как раздражающий шум. Как это не удивительно, но сефарды совершенно аналогичным образом воспринимают музыку европейскую.
В результате вышеописанных исторических и культурно-этнографических реалий вспыхнувшая в Шпрехшталмейстере любовь к классической музыке стала тяжёлым испытанием для находящихся на судебно-психиатрической экспертизе в психбольнице простых марокканских уголовников. Выйдя на прогулочный дворик, Шпрехшталмейстер включал на полную громкость органные фуги Баха и предавался блаженству. Пациенты отделения судебно-психиатрической экспертизы должны находиться в прогулочном дворике не менее трех часов в течение смены, причём выйти со двора нельзя. К просьбам и пожеланиям пациентов относительно смены репертуара Шпрехшталмейстер оставался глух, так как иврита не понимал.
Через небольшой промежуток времени после начала публичных слушаний произведений Баха главный врач обратил внимание на то обстоятельство, что среди проходящих судебно-психиатрическую экспертизу пациентов резко вырос процент невменяемых. А в среди невменяемых значительно увеличилось число буйных. Ведущий теоретик психбольницы, провёл глубокое исследование и, на большом статистическом материале, неопровержимо доказал, что среди слабослышащих уголовников гораздо ниже процент невменяемых, чем у тех, у кого слух нормален. Результатом его изысканий стала революционная методика лечения психических заболеваний методом искусственного снижения способности слышать. Пока сумасшедший дом был погружён в научные изыскания, на Шпрехшталмейстера было организованно два покушения. Он остался жив чудом и понял, что творчество Баха находит отклик в сердцах не всех пациентов отделения судебно-психиатрической экспертизы. Однажды, выйдя в прогулочный дворик, он заявил всем присутствующим, что Бах труден для восприятия, и что прослушивание произведений этого великого композитора пока будет прекращён. На глазах всех наличествующих в прогулочном дворике уголовников выступили слёзы. Один закоренелый убийца не мог сдержать чувств и рыдал навзрыд. Шпрехшталмейстер был тронут до глубины души столь ярким проявлением чувств, вызванных прослушиванием музыкального произведения, и включил, естественно на полную громкость, запись произведений Сен-Санса. По его мнению, этот композитор для восприятия был гораздо проще. Когда солнце стояло в зените, и температура воздуха приближалась к сорока градусам в тени, Сен-Санса сменил Бизе. Постепенно слухи о музыкальных пристрастиях Шпрехшталмейстера, как и о новых методах лечения практиковавшихся в психбольнице, дошли до широких масс уголовников, и на подведомственной данному сумасшедшему дому территории кривая преступности поползла вниз.
- Оставим тему преступности вообще, - попытался вернуть беседе предметное русло Пятоев, - что, по-вашему, Марк Абрамович, нужно сделать для того, чтобы найти мою дочь.
- Если вам интересно мнение старого оленевода и погончика ездовых собак, - торжественно начал Эвенк:
- :И потомственного шамана принявшего в полярной ночи иудаизм, - не сдержался Рабинович.
- :То мое мнение - это искать полицейскую мафию, - закончил Эвенк.
- Но такой мафии не существует! - воскликнул Гришин, - это один человек и его еще никому не удалось вычислить.
- В том то и дело, мой юный многоязычный друг, в том то и дело, - продолжил Эвенк, - зачем ему работницы полового фронта? А главное, каким образом не организация, а один человек может удерживать в неволе другого человека? И зачем? Почему он заплатил за нее такую высокую цену? Ведь вместо нее бедуины должны были заплатить ему крупную сумму денег. Что он знает? Информация, которой он владеет о Наташе Пятоевой, он получил по служебным каналам или по каким-то другим? Что он знает о тех людях, которым нужна Наташа Пятоева? А что-то о них он знает, не случайно он прятал Наташу. Значит, с этих людей можно что получить, и получить что-то солидное. Гораздо более солидное чем обычный платеж бедуинской мафии. Ведь пряча девушку, он явно нарушает законы конспирации и рискует раскрыть себя, а значит немедленно сесть в тюрьму. Государство не прощает своих высокопоставленных сыновей, связи которых с преступным миром становятся общеизвестными. Пряча Наташу Пятоеву он пошел ва-банк. Рискнул. А тот, кто не рискует, тот не пьет шампанское. Или ему шампанское вводят через клизму вместе с выскочившей пробкой. Попробуйте с ним поговорить.
- Попробуем, - пообещал Пятоев, - На утренней зорьке и попробуем.
- Ну, вот и хорошо, - сказал Эвенк, - а кроме этого, что нового?
- В Индии город Бомбей перенаименован в город Момбей, - с чувством сообщил Пятоев.
- Да что вы говорите? - всплеснул руками Эвенк, - а я кочую по тундре в поисках ягеля, совсем за новостями не слежу. Опустился. Скажу честно, я старый человек, но иногда жутко хочется женщину. Просто жутко. Причем красивую. В такие минуты я готов на луну как голубой песец на северное сияние. Одна Леночка и утешает.
- Руководством нашей психиатрической больницы также возжелало красивую женщину, - сообщил Рабинович, - причем жутко. Это было вызвано следующими обстоятельством. Администрация больницы, её профсоюзная организация, а также вся прогрессивно мыслящая общественность сумасшедшего дома готовилась к встрече крупного мецената из Южно-Африканской Республики (Republic of South Africa). Офицер безопасности предложил привлечь к провидению больничного раввина, но главный врач был против участия мракобесов в столь важном, так много значившем с точки зрения денег, мероприятии. Обиженный до глубины души больничный раввин в знак протеста принял самое активное участие в подготовке к встрече мецената, хотя его никто и не просил этого делать.
История высокого гостя была историей простого южно-африканского еврейского олигарха. Родился простой еврейский олигарх в рядовой семье преуспевающего еврейского адвоката. Детство у него было материально обеспеченное, но трудное. С первого класса школы он подвергался мелким, но постоянным унижениям в связи со своим еврейским происхождением. Вместе с ним учились дети из английских, немецких семей, а также дети бурской национальности. Буры - это выходцы из Голландии и северной Франции, когда-то бежавшие в Южную Африку от религиозных преследований, гугеноты, недорезанные во время Варфоломеевской ночи и разные прочие шведы. Озлобленные Варфоломеевской резней, сверстники будущего олигарха спуска своему еврейскому однокласснику не давали. Будущая гордость и краса южно-африканского бизнеса тешил свое горе в отличной учебе. С блеском закончив экономический факультет Гарвардского университета, он вернулся в родной Йоханнесбург и буквально за несколько лет разбогател совершенно вызывающим образом. Пытаясь отомстить за детские обиды, он женился на победительнице конкурса красоты из старинной и очень уважаемой бурской фамилии, чьи портреты висели в каждой казарме южно-африканской армии. Их очень богатая и красивая свадьба транслировалась по национальному телевидению и вызвала заметный всплеск антисемитизма на юге африканского континента. Далее, на протяжении многих лет, он совмещал очень успешную деятельность в сфере бизнеса с активной борьбой против режима апартеида, то есть 'separate development of races' (раздельного развития рас). Когда режим апартеида, наконец пал и, таким образом, детские обиды были отомщены, в душе олигарха поселилась тревога. Борясь с режимом раздельного развития рас, он тесно общался с видными лидерами чёрного большинства и ясно осознавал, что со времён людоедства нравы чернокожего большинства населения Южно-Африканской Республики очень ожесточились. Отмена режима апартеида открыла белые районы для по-боевому настроенных представителей коренного населения. Такого разгула уголовщины африканский континент не видел со времен работорговли. В тишайших прежде белых районах старики, женщины и дети не показывались на улицах, справедливо опасаясь за свое имущество, здоровье и саму жизнь. Впрочем, это касалось и мужчин цветущего возраста. Пришедшие в министерства и ведомства представители чёрного большинства абсолютно не ведали, что творили, и требовали взятки с большим достоинством у всех, кто попадался им на глаза. Попытки ввести вместо английского языка зулуски в качестве государственного становились все настойчивее. Над извечным еврейским вопросом - 'to go or not to go? And if to go, where?' (ехать или не ехать? И если ехать, то куда?), задумывались самые широкие массы белокожего населения. Цены на недвижимость упали до уровня цен на больных СПИДом проституток.
В этой обстановке нарастания прогрессивных преобразований, которые неизбежно должны были привести к голоду и резне даже такую процветающую страну, как Южно-Африканская Республика, олигарх решил, на всякий случай, получить для себя и для своей семьи израильское гражданство и перевести в Израиль часть своих денег. С учетом того, что правила перевода денег из ЮАР ожесточались с каждым днем. Понимая, что плавное вживание в страну требует неформальных контактов со слугами народа путем оказания им посильной материальной помощи, южноафриканский меценат приступил к делу энергично и не тривиально. Процесс оказания материальной помощи народному избраннику в демократическом обществе тернист и извилист. На этом непростом пути к карманам и сердцам слуг народа у простого южноафриканского олигарха возникла необходимость совершить широкий жест доброй воли и поступиться крупной суммой денег в пользу какой-нибудь больницы. Борец с апартеидом выбрал больницу психиатрическую, так как его супруга с детства мечтала посмотреть на сумасшедших. Главному врачу психиатрической больницы деньги хотелось получить чрезвычайно. После коротких, но напряженных раздумий, произнести приветственную речь было поручено доктору Керену. Он хорошо говорил по-английски и слыл человеком прогрессивно мыслящим.
Появление косого и плохо причесанного человека, который набросился на неё с многословными излияниями о 'about enriching each other process of interaction between representatives of various races in spirit of observance of lawful expectations of sexual minority' (взаимо обогащающем процессе взаимодействия между представителями различных рас в духе соблюдения законных чаяний сексуальных меньшинств), вызвало в жене олигарха глубокое отвращение. Жена олигарха была женщиной не только красивой, но и психически здоровой, и поэтому всякое упоминание о сексуальных меньшинствах вызывало у неё тошноту. Главный врач это быстро понял, в глубине души он и сам был человеком психически нормальным, хотя, естественно ему приходилось скрывать это. Вот и сейчас он не знал, как спасти ситуацию. В этот переломный момент героем показал себя больничный раввин, которого пустили на торжественную встречу только благодаря заступничеству офицера безопасности.
- Now you can be convinced personally, in what heavy condition to us our patients sometimes act (Теперь вы можете воочию убедиться, в каком тяжелом состоянии к нам иногда поступают наши пациенты), - сказал служитель культа, обращаясь к жене олигарха и указывая на находящегося в эпицентре припадка красноречия доктора Керена. Настроение олигарховой супруги мгновенно переменилось.
- The poor creature (Бедняга), - всплеснула ухоженными руками бывшая победительница конкурса красоты, - Really he can be cured? (Неужели его можно вылечить?)
- We shall apply all forces available at us to put him on legs (Мы приложим все имеющиеся у нас силы для того, чтобы поставить его на ноги), - авторитетно вмешался в беседу главный врач. Но олигархова жена не слушала главврача, а с горящими от любопытства глазами внимала бредням настоящего, несомненно, буйного сумасшедшего. Польщенный её вниманием доктор Керен заливался соловьем и вплотную приблизился к теме защиты законных прав арабского народа Палестины.
Пока олигарша находилась под воздействием чар духовного лидера подросткового отделения психиатрической больницы, главный врач этого замечательного лечебного учреждения мучительно искал метод дальнейшего удержания олигарховой супруги в лоне психиатрии вплоть до полного получения денег. По совету больничного раввина, в святость которого руководитель сумасшедшего дома полностью уверовал и рекомендациям которого следовал неукоснительно, на святое дело совращения олигарха и его супруги была брошена супруга Шпрехшталмейстера Настеньку. Это было смелое, но мудрое решение истинного лидера. Увидев очень красивую женщину с характерной европейской внешностью, бывшая победительница конкурса красоты ощутила по отношению к ней душевную близость.
- As you, have got to Israel? (Как ты попала в Израиль?) - спросила южноафриканка супругу Шпрехшталмейстера.
- Has married the Jew (Вышла замуж за еврея), - ответила Настенька.
- With me there was the same (Со мной случилось то же самое), - обрадовалась общности судеб олигархова супруга.
- I from Russia (Я из России), - сообщила Настенька. Женщины отошли в сторону и продолжили оживленный обмен мнениями о судьбах еврейских жен.
- I know about Russia, my lovely much (Я много знаю о России, моя милая), - щебетала южноафриканская красотка, - I even heard, that in Russia in 1917 too have cancelled apartheid and black have come to power. Really it was as awfully, how at us in Southern Africa? (Я даже слышала, что в России в 1917 году тоже отменили апартеид и чёрные пришли к власти. Неужели это было так же ужасно, как у нас в Южной Африке?)
- It has a little touched me, parents preserved me against all this dirty (Меня это мало коснулось, родители оберегали меня от всей этой грязи), - не стала спорить супруга Шпрехшталмейстера. Она почти не соврала. Ее прабабушка была солистка балета императорских театров и благосклонно принимала ухаживания их высочества Великого Князя. И ее родственников, видных деятелей балета, после 1917 года отправляли в лагеря или расстреливали в каждом поколении. В таком духе дамы мило беседовали весь вечер, время пробежало незаметно, и заветный чек был выписан.

 
Со времён людоедства нравы очень огрубели... 
Подставь правую ягодицу,когда тебя бьют по левой... 
Психически больная совесть... 
И многое другое в новой книге Михаила Маковецкого